Западная Греция: Иоаннина. Игуменица. Наш путь лежал в Игуменицу. С прошлого года мы знали, что из Игуменицы в Керкиру и, конечно, обратно из Керкиры в Игуменицу, небольшой городок на материке, через каждый час, а то и чаще, ходят паромы. От голландцев, встретившихся нам в Метеорах, мы уже знали, что нам предстоит серпантин. И действительно, дорога оказалась серпантином типа грузинского. Однако горы всё-таки пониже будут. Только совсем уж кое-где на вершинах лежали не шапки, а крохотные полоски не успевшего растаять снега. Поднявшись вверх и найдя небольшую площадку среди сосен, мы решили остановиться, оглянулись назад и замолчали, поражённые великолепием приближающегося заката. Равновеликие, казалось, горы были расставлены почти в правильном порядке, а долины между ними были доверху залиты каким-то предельно чистым, немного даже светящимся воздухом. Казалось, надо ехать туда и дышать им, но мы-то понимали, что уже давно им дышим. Солнце светило конкретно, но в горах мы ощущали прохладу - вряд ли было выше 18 градусов. Кондиционер не включали. Часа два кружили по этому серпантину. Мне, как драйверу, это было всё равно, а жена время от времени просила пощады, и мы останавливались несколько раз, фотографируя цифровой камерой незабываемой красоты пейзажи. Оставалось только удивляться, глядя на небольшое селеньице, прилепившееся к горе, зачем там народ-то живёт. Было совершенно ясно, что эти люди никак не могли в силу своей абсолютной оторванности от мировой цивилизации повлиять на ход событий. Всё, что они могут - собирать мёд, пасти овец, гнать вино, делать детей - всё это на условиях полной или почти полной самодостаточности. Только красота этих мест хоть как-то оправдывала безысходность их жизней. К счастью, наш мальчонка заснул минут через 10 после того, как мы отъехали от Метеоров. Вообще он всегда ухитряется избавлять нас от лишних хлопот. Оказавшись в самолёте, он засыпает через полчаса после взлёта и просыпается уже после того, как колёса самолёта первый раз ударятся о бетонку. Когда едем на машине, он, немного подухарившись, самостоятельно устраивается и засыпает. Пару раз мы, сидя впереди, вынуждены были его искать - он засыпал сзади, сидя и прижимаясь к переднему правому сиденью, так, что ни мне, ни жене его было почти не видно. Часа через два припилили в Иоаннину. По карте мы знали, что Иоаннина лежит на берегу озера. Озёра, кстати, встечаются крайне редко. На нашем пути мы встретили всего два. Ещё реже - речки. Не запомнилось ни одной. Озеро оказалось громадным. С верхней точки перевала я попытался сфотографировать волшебную панораму - город с озером, но пришлось всё поделить пополам - видоискатель захватывал либо город, либо озеро. К несчастью, я забыл, что в моей камере, Эпсоне-600, есть панорамный режим и вспомнил о нём только сейчас, написав слово панорама. В Иоаннину заехали на полчаса, "пообедали", съев по "шаурме"(300 драхм штука). У греков шаурма называется "питта хиро". Питта, как Вы понимаете, - то же самое, что пицца, а хиро - не то, что Вы подумали, и не героическая, а вращающаяся (гироскоп из той же серии). Вообще, единственное место, где я ел, как мне представляется, по настоящему вкусную и правильную шаурму - в Дагомысе, рядом с отелем. На заре капитализма, в 1992 году мы втроём, я, старший сын, которому тогда было 15, и моя нынешняя жена, приехали туда на 10, кажется, дней. Солнце было золотое, небо голубое, вино вкусное, бутылка шампанского стоила тогда 200 рублей. Вдоль всей дороги от отеля до пляжа стояла цепочка местных "предпринимателей", державших в руках свой товар - яблоки, персики, пиво в банках, домашнее, якобы, вино. Один из них, который меня особенно уважал, потому что я каждый раз выпивал у него по два стаканчика, сказал мне, что через несколько дней начнётся война. Какая к чёрту война? Кому охота воевать в раю? Я ему не поверил. Мы уехали, и через две недели началась абхазо-грузинская война. Ничто не предвещало ничего. От Иоаннины до Игуменицы оставалось всего ничего - 93 километра. Дорога стала менее серпантинистой. Машин мало, ехать было легко и очень приятно - дело шло к вечеру, ехали примерно в сторону заката, но солнце не слепило - часто дорога шла среди деревьев. Часов в 8 вечера оказались в Игуменице - небольшом портовом городке на западном берегу Греции, и, по обыкновению, начали с поисков пристанища. Для начала заехали в порт, чтобы узнать расписание паромов и цены на билеты. Оказалось, что паромы начинают ходить с 5.30 утра каждые полчаса. Переправка (двое взрослых + машина, чайлд бесплатно) обойдётся нам примерно в 30 долларов. Тут же, чуть отъехав от порта, нашли "румз тю лет". Предлагалось на выбор несколько комнат по 6 и 7 тысяч драхм. Выбрали самую дешёвую, окнами на порт, за 6000 драхм (примерно 17 долларов), однако решили ещё покататься по городу и поискать что-нибудь в более тихом месте. С час кружили по узким улочкам, рокадами опоясывающим бухту, но не нашли ничего больше вообще! Зашли в один из отелей, чтобы прицениться - номер на двоих на берегу - 15 тысяч драхм. Хозяин, или кто-то, прицепился к моей жене, и дошёл с ней до машины, постепенно снижая цену. Последнее, что он сказал уже мне в окно машины - 11 тысяч. Отцепился только, когда мы назвали свою цену - 6000 драхм. Ещё на въезде в Игуменицу мы узнали, что в двух километрах севернее есть кэмпинг. Возможно, там хорошо, и искупаться можно, но мы туда не поехали. Уже в десятом часу по местному времени вернулись в ту самую первую "Румз тю лет", которая нам встретилась вблизи порта. Сняли, пристроили машину на дороге рядом с домом, встретили красочный закат, попили пивка (или винца?) - наутро нам предстояло пересечь на пароме пролив между Грецией и Керкирой.
Греческое ГАИ не останавливало ни разу, хотя, на удивление, на коротком, в общем-то, пути 140 + 90 километров видели два раза патрульные машины. Смотрят внимательно, наверное, номера у нас чудные, но палками не машут. Может, у них палок нет? Я раз вблизи видел полицейского в Корфу-Таун - у него на поясе вместо "демократизатора", по-простому говоря, дубинки, висел мобильник. |
