В маленьком офисе хозяина нашей студии, вернее, его старшего брата
, была совсем другая, домашняя обстановка. Однако, когда на второй день после переезда в Палеокастрицу я пошёл к Герасимосу объясняться насчёт использования компьютера, выяснилось, что компьютер не его, а какого-то Инглиша. Впрочем, этот Инглиш был тут же вызван и оказался небольшим шотландцем Джоном. Потом выяснилось, что мы с ним и одного возраста (52 года, день рождения у него в этом году пришёлся на среду 22 июля).Scotty John
помотался по миру, уже 10 лет живёт в Греции, в том числе последние 4 года на Корфу. Где-то по дороге он утратил жену и взрослых уже детей и живёт здесь бирюком, так что я, приехавший с молодой женой и полуторагодовалым мальчишкой, чувствовал себя иногда при нём человеком, укравшим чужое счастье. Впрочем, он вроде не очень комплексует по поводу своего одиночества, напевая какие-то очень бодренькие английские песенки и часто (на мой взгляд) сообщая публике, что он имеет проблемы по ночам. Действительно, снять постоянную греческую женщину, наверное, не очень просто в таком возрасте и с таким небольшим калибром, а чтобы общаться с туристками нужны время и деньги, которых у него, кажется, нет. Не исключено, впрочем, что Джон полковник какого-нибудь отдела или службы МИ-6 Intellegence Service, этакий “наш человек в Гаване” и каждый месяц на несколько дней ездит оттягиваться домой в свою Скотландию, про которую он говорит, что она такая же, как Корфу, только севернее. По крайней мере, его стиль жизни и деятельность очень удобны в качестве крыши. Бизнес Джона заключается в том, что от делает буклеты и фотографии для всяких мелких фирм и ресторанов, используя свой компьютер и маленький цветной принтер Lexmark. Он знает всех и его знают все. Поскольку он говорит, что с греками трудно работать (не любят платить, особенно вперёд), можно понять, что этот бизнес вряд ли приносит какой-нибудь существенный доход. Джон носится по всему острову на машине, собирая заказы и развозя свои буклеты. Кажется, по стилю я уже опознаю, что какой-то буклет сделан им.Правда, Джон говорит, что он организует эксклюзивный отдых для британцев, снимая для них коттежди, виллы и апартаменты с максимумом удобств типа предоставления на месте детской колясти или тостера, однако что-то этих британцев не видно.
Все дома, мимо которых мы проезжали, и про которые он говорил: “I have it”, мне показались просто пустыми; вообще весь этот процесс повторял сказку Шарля Перро “Кот в сапогах”, только вместо кареты была машина.Нам же знакомство с Джоном очень пригодилось. В-первых, сразу же решились все проблемы с фотокамерой: теперь я приходил в убодное для себя время, как правило, вечером около семи или восьми и переписывал свои кадры из камеры в компьютер, а потом на дискеты. Раз Джон попросил нас сходить с ним в близлежащий ресторан, где в этот раз должны были быть греческие танцы, чтобы поснимать их нашей камерой, предупредив, что ужинать не обязательно, можно обойтись и пивом. Тем не менее мы поужинали, изредка помогая Джону советами об обращении с камерой. После он стал иногда брать камеру с собой на какие-то свои ночные поездки. Его фотографии без особой фантазии.
Потом, 21 июля, он подошёл к нам, когда мы оказались в ресторане
“Spiros” уже на выезде из Палеокастрицы, рядом с кэмпингом.Два раза мы ездили с Джоном в другие городки острова
. Один раз среди недели мы съездили с ним и Аней в Сидари, где у него или у них были какие-то дела. Потом в одно из воскресений, ближе к отъезду он свозил нас в Кассиопи, причём у меня создалось впечатление, что никаких особенных дел у него там не было.Постепенно приближалось 22 июля, день рождения Джона, о котором мы узнали от Ани из Манчестера. Немного побродив по Палео, мы купили ему в подарок набор стаканов и вечером было собрались к нему в гости, потому что жена из разговоров с ним как бы поняла, что мы приглашены и что будут танцы. В начначенный час мы пришли к его апартаментам на другом конце усадьбы наших хозяев и увидели, что Джон что-то торопливо грузит в свою машину. На ходу приняв наши поздравления, он умчался в таверну "Spiros", после чего мы поняли, что нас туда-то и приглашали! А мы вчера отказались ехать в "Spiros", потому что были приглашены на день рождения к Джону! А танцы не у Джона, а греческие танцы, которые по средам бывают в "Spiros"!
Последний вечер перед отъездом мы хотели провести мирно в Лиападесе, но планы наши Джон круто изменил, и получилось так, что мы чуть не опоздали на самолёт. Дело в том, что в Лиападесе компьютеров не обнаружилось, и я решил как-то после обеда сходить пешком к Джону, чтобы очистить камеру от снимков и ещё немного поснимать перед отъездом в Корфу-Таун и в аэропорту. По дороге идти далеко, километров 6, поэтому я перебрался по тропиночке через небольшую горку, и оказался почти в Палео у бара Акапулько. Прийдя к Герасимосу, я застал там Джона, но Windows на его компьютере не работала, потому что Елена, дочка Герасимоса, поломала какой-то там драйвер. Наша попытка переустановить Windows не удалась, но зато мы попили пивка и, поскольку уже стемнело, Джон вызвался отвезти меня в Лиападес на машине. Мы доехали до пляжа, где меня ждали Марина с Костей (я ведь должен был с горы спуститься) и там уже все вместе договорились назавтра, то есть в последний наш субботний вечер, сходить куда-нибудь поужинать на прощанье. Кроме того, обнаружилось, что в воскресенье, в день нашего отъезда, у Джона есть какие-то дела в Корфу-Таун, и он вызвался отвезти нас в аэропорт. Это избавляло нас от необходимости заказывать такси, что, правда, совсем не трудно.
На следущий вечер Джон заехал за нами на машине и предложил поехать ужинать в таверну "Spiros", но мы дружно отказались, потому что уже три раза там были, причём последний раз не заплатили, но не потому что бедные, а потому что никак нам счёт не несли, несмотря на наши просьбы. Поэтому решили отправиться в Лаконес в ту самую таверну, где обедали с Джоном и Аней, когда возвращались из Сидари. В таверне мы раздухарились до того, что заказали лобстеров (самое дорогое у них блюдо, но последний день всё же), но всё равно нам удалось нагуляться только на 20 тысяч, меньше, чем на 70 долларов на троих за целый длинный вечер. Во время ужина Джон исчез на полчаса. Я, выйдя покурить, обнаружил, что он разговаривает около входа с молодой, цыганского вида гречанкой, своей знакомой. Её мы видели там же и в первый наш приезд в Лаконес. После ужина, довольно поздно, часов в 11 вечера, Джон отвёз нас домой и мы ещё раз договорились, что утром он за нами заезжает и мы отправляемся в аэропорт.
Однако наутро в назначенное время его нет, радиотелефон не отвечает. Дозвонились до Герасимоса. Трубку взяла Елена и сказала, что машина Джона стоит около дома, а сам он, наверное, спит. Пришлось вызывать радиотакси, а мы уже, кажется, опаздываем. Поймать машину нереально - восресное утро, мы в Лиападесе, далеко от трассы. По счастью, такси появилось через две минуты. Нам повезло - таксист только что кого-то привёз в Лиападес, (я его видел, когда он проехал вниз) и не уехал, а остался внизу у отеля. Очень быстро, примерно за 30-40 минут мы доехали до аэропорта и успели на самолёт. Но самое потешное, что, когда вещи уже были погружены в такси, у въезда во двор мягко прошуршали колёса машины и появился Джон! Перезагружаться не стали и решили ехать на такси. Попрощались со всеми и поехали. На выезде из двора проехали мимо джоновой машины, которую он оставил за кустом, и увидели в ней ту самую цыгано-гречанку, с которой он разговаривал накануне вечером около таверны!
Вообще, оглядываясь назад, Джон сильно развлёк нас на Корфу. Так, в общем-то, и поговорить бы не с кем было. Наши там встречаются достаточно часто, но как-то не очень желают контактировать с соотечетвенниками. Я там в море, еще в Аэолос-бич, познакомился с одним русским германцем из Урги, приехавшим из Франкфурта, кажется. Я Костю купал, а он услышал русскую речь и подошёл к нам. Когда я ему сказал, что мы собираемся тут жить после отеля ещё полтора месяца дикарями, он как-то тревожно так, с тоской спросил: - "У вас теперь так можно?". В Палео познакомились ещё с парой (мама с сыном лет четырнадцати). Но вообще-то наши соотечественники неконтактны, потому что мы все козлы (а женщины - бабы козлов). Это особенно ясно видно издалека. Только козлы из техосмотра автотранспорта могут сделать национальную проблему.
Contacts:
|